Разделы:
Главная
Новости
Творчество
Информация
Публикации
Ссылки
Поиск
Общение
Отзывы

Проекты:
Нан Рамот
Оригами

Счетчики:






БардТоп

Copyleft ©
2002-2017 DarkEol


Люди о нем

Владимир Фрумкин

Отрывок из книги «Певцы и вожди»

    Следующей ступенью моих «песенных университетов» стало знакомство и общение с авторами песен. Первым был Евгений Клячкин, который в один прекрасный день явился в ленинградский Дом композиторов на Герцена, 45 (ныне Большая Морская), чтобы брать уроки гармонии в семинаре самодеятельных композиторов. Я как раз вел этот предмет, и Женя попал ко мне.
    Прошло два-три месяца, и я посоветовал своему ученику бросить это дело. Наши занятия походили на попытки засадить в клетку вольную певчую птицу. Я объяснил Жене, что каноны классической гармонии могут спугнуть его интуицию, что именно незнание этих канонов помогает ему находить свежие гармонические краски, прихотливые тональные сдвиги, каких и днем с огнем не сыщешь в песнях советских композиторов-профессионалов. Так или иначе Клячкин, хотя и был по натуре упрям и обидчив, моим доводам внял и на Герцена, больше не появлялся. Но мы продолжали общаться, Женя периодически показывал мне свои новые песни. Он был, несомненно, одним из самых музыкальных авторов в славной бардовской плеяде 60-х – 70-х годов.
    Как поэт он был слабее, и поэтому на меня, уже начинавшего понимать литературную природу нового жанра, производили большее впечатление его песни и композиции на слова Бродского, которые Клячкин, презрев грозившие ему неприятности, исполнял на своих концертах, гигантски расширяя круг поклонников опального поэта*.
    «Кого вы больше всего цените из ленинградских бардов?» – спросил я однажды у Высоцкого. «Пожалуй, Клячкина, – ответил Володя. – Такая интересная музыка у него, прямо завидки берут».
________________________
* Автор стихов, однако, клячкинские трактовки категорически не принимал. Более благосклонно отнесся Иосиф к музыкальной версии своего «Рождественского романса», принадлежащей высокоталантливому ленинградскому композитору Борису Тищенко, который включил стихотворение Бродского в цикл «Десять грустных песен» для женского голоса и фортепиано. Возможно, поэта подкупило то, что Тищенко, не мудрствуя лукаво, заимствовал у Бродского его собственный мотив, на который тот полунапевал-полудекламировал свое стихотворение.